Почему это — разные вещи

Введение

Христианство иногда представляют как религию всепрощения. «Разве Иисус не сказал прощать врагов своих?»

А что, если нет, не говорил?

Или говорил, но не совсем так?

Давайте разберёмся, что именно заповедовал нам Господь.

Термины

Начнём с очевидного. Что означает «прощение» в современном языке?

Прощение – это снятие личной обиды и восстановление отношений, насколько возможно. Оно относится к сфере справедливости, обиды, вины и примирения.

Что тогда «милосердие»?

Милосердие – это отпущение заслуженной кары за содеянное зло или причинение незаслуженного добра; готовность не мстить виновному, желать ему блага, помочь обратиться и спастись. Оно принимает во внимание порядок справедливости, но осознанным выбором превосходит его.

Нюансы

В католической традиции первое называется reconciliatio – «примирение», а второе — venia, «прощение».

Как видим, это близкие понятия. Однако их нюансы различаются. Можно простить человека без того, чтобы примириться – вы отказываетесь от возмездия, но и не собираетесь чинить отношения.

ККЦ §2844 учит, что venia является фундаментом и необходимым условием reconciliatio.

Итак, мы наткнулись на путаницу терминов. Современное «прощение» зовётся на языке богословия «примирением», а «милосердие» называется на нём «прощением».

Отсюда вытекают некоторые заблуждения.

Евангелие

В русском переводе Писания слово «простить» употребляется в обоих смыслах — и как «восстановить связь», и как «отпустить кару». В латинском тексте везде используется глагол dimittere – «отпускать».

Христос говорит (Лк 17: 3-4):

«Наблюдайте за собою. Если же согрешит против тебя брат твой, выговори ему; и если покается, прости ему; и если семь раз в день согрешит против тебя и семь раз в день обратится, и скажет: «каюсь», — прости ему».

Параллельное Мф 18:21-22:

«Господи! сколько раз прощать брату моему, согрешающему против меня? до семи ли раз? Иисус говорит ему: не говорю тебе: «до семи», но до седмижды семидесяти раз».

Здесь в речи Господа прощение не безусловно. Чтобы получить его, человек должен обратиться — то есть извиниться и исправиться, или хотя бы пообещать это.

Получается, речь идёт о reconciliatio, примирении. Отношения — двусторонняя вещь. Как можно исцелить их, если виновник сам не желает этого? Нельзя просто взять и начать относиться к нему хорошо, словно ничего не было – межличностные связи так не работают.

Христос учит: если человек извиняется, не следует отказывать и копить обиду. Надо давать кредит доверия и прощать, даже если мы знаем тенденцию повторять проступок.

Другие места

Мф 5:7 – «Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут»,

Мф 6:14 – «Ибо если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный»,

Мк 11:23 – «И когда стоите на молитве, прощайте, если что́ имеете на кого, дабы и Отец ваш Небесный простил вам согрешения ваши».

Здесь Господь явно говорит не о примирении, а о venia, прощении без участия обидчика. Мы отпускаем ему вину без того, чтобы восстанавливать отношения.

Обратите внимание

На Кресте, в ключевой момент истории спасения, Господь просит о своих мучителях «Отче, прости (dimitte — отпусти) им, ибо не ведают, что делают». Он взывает о милосердии (venia), но не примиряется (reconciliatio), ибо те не просили и не каялись.

Напротив, после своего воскресения Христос даёт Петру возможность извиниться. И, приняв его раскаяние, восстанавливает в апостольском служении.

Это подтверждает наши выводы.

Важное замечание

Господь неоднократно указывает, зачем именно мы должны прощать. Это даже не требует великой любви к людям. Достаточно прагматического расчёта: мы милуем, чтобы потом помиловали нас.

Когда после смерти мы придём на Божий суд, то должны хотеть, чтобы Бог судил нас по милосердию. И быть милосердными самим — наш шанс на это.

Ибо если всемогущий, всеведущий Бог станет судить нас по справедливости, ни один не сможет оправдаться перед Ним.

Злорадное милосердие?

Речь идёт об известном спорном месте — Рим 12:19-20:

«Не мстите за себя, возлюбленные, но дайте место гневу Божию. Если враг твой голоден, накорми его; если жаждет, напой его: ибо, делая сие, ты соберешь ему на голову горящие уголья».

Это можно понять как такой аргумент в пользу милосердия: делайте врагу добро вместо возмездия, чтобы у него потом было больше проблем от Бога.

Получается парадоксальное сочетание милосердия и мстительности. Многие спросят — неужели это достойная мотивация?

Некоторые толковали этот отрывок предельно прямо: да, милосердие – это наилучшая месть. Если обидчик ответит на добро ещё бо́льшим злом, он увеличит свою вину перед Богом.

Такой подход не назвать вершиной христианской любви, однако он уже лучше, чем желание самому причинить зло в ответ. Даже в этом прочтении речь идёт не о личной мести, а о передаче суда Богу.

Пускай мотив скрывает «горящие уголья», само действие остаётся актом милости. А Господь способен затем очистить побуждения.

Но чаще это читают в более мягком ключе: проявляя незаслуженную доброту, можно заставить врага устыдиться своей ненависти.

Есть теория, что в древности существовал обычай: когда человек искренне раскаивался, он носил на голове сосуд с горящими углями в знак раскаяния и глубокого смирения.

Достоверного подтверждения этой практики не найдено, но толкователи принимают это как образ жгучего стыда.

Выводы

Морально нечистоплотные люди иногда делают вывод, что христиан можно обижать сколько угодно, ведь «они всё стерпят и простят тебя».

Это верно лишь частично.

Мы не обязаны поддерживать доверительные отношения с тем, кто причинил нам зло. Связь восстанавливается только после того, как попросят прощения.

В случае преступления против нас мы имеем право действовать в законном порядке справедливости. Это ничуть не греховно.

Однако не воздавать за зло, а миловать – действительно более высокий уровень. Даже если христианской любви к виновнику не хватает, у нас всё равно есть три причины делать это.

Во-первых, из соображений выгоды – собирая милость себе на день Суда. Эта мотивация прагматична, но не «низменна», ведь Господь сам озвучил и одобрил её.

Во-вторых, милосердие – позиция силы. Мы говорим: «я имею возможность причинить тебе заслуженную кару. Но добровольно отвожу руку и не стану делать этого».

В-третьих, это шанс на истинную победу: обращение чёрствого сердца. Он далеко не всегда работает, но зачастую иной дороги просто нет.

Да помилует нас всех всемогущий Бог и, простив грехи наши, приведёт нас к жизни вечной. Аминь.